В КОТОРОЙ ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК ПАДАЕТ К НОГАМ НЕ ПРЕКРАСНОЙ ДАМЫ, А ЗЛОДЕЯ

А сейчас, дорогой читатель, пора мне уже возвратиться к поэту и собаке поэта, которых я покинул, когда они побежали к башне около рынка. Без Пёсика Фафика и Семёна Семёновича я достаточно скоро начинаю скучать. Да, пожалуй, и не я один.

А ещё я всегда очень боюсь оставлять их без В КОТОРОЙ ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК ПАДАЕТ К НОГАМ НЕ ПРЕКРАСНОЙ ДАМЫ, А ЗЛОДЕЯ присмотра, так как они всё время норовят угодить в какую-нибудь неприятную историю…

Малая боковая дверь башни с часами просто подалась, и сыщики-любители оказались на узенькой каменной винтообразной лестнице.

Здесь же в полумраке на несколько стёртых ступенек выше Семён Семёнович увидел до дрожи знакомое платьице Лизаветы Столетовой и ощутил таковой В КОТОРОЙ ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК ПАДАЕТ К НОГАМ НЕ ПРЕКРАСНОЙ ДАМЫ, А ЗЛОДЕЯ прилив любви и нежности, что его даже затошнило.

- Тыыы! – завопил он и бросился наверх.

Сзади хлопнула дверь, лязгнул засов, и сразу всё вокруг пропало в мгле.

Сверху раздался совершенно не дамский хохот, а снизу – испуганный визг Пёсика Фафика.

Поначалу Семёна Семёновича ослепила тьма, а позже – свет, свет потайного фонаря, ударивший В КОТОРОЙ ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК ПАДАЕТ К НОГАМ НЕ ПРЕКРАСНОЙ ДАМЫ, А ЗЛОДЕЯ в глаза. Он спотыкнулся и растянулся на ступенях.

- Как досадно бы это не звучало, государь поэт! – произнёс прямо над ним приятный мужской глас. – Это всего только платьице вашей Прелестной Дамы. Я надел его для собственного представления под заглавием «Герой-любовник приходит сам», так как я тоже В КОТОРОЙ ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК ПАДАЕТ К НОГАМ НЕ ПРЕКРАСНОЙ ДАМЫ, А ЗЛОДЕЯ служитель муз – исключительно в своём роде. Но, ловко я водил вас за нос по всему рынку! Ну и всю остальную публику – тоже. По части маскарада я прямо Шерлок Холмс!

Въедливый читатель, наверняка, уже додумался, что перед распростёртым Семёном Семёновичем стоял ни кто другой, как государь Обезьянов. Злодей утром ходил по В КОТОРОЙ ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК ПАДАЕТ К НОГАМ НЕ ПРЕКРАСНОЙ ДАМЫ, А ЗЛОДЕЯ рынку в сногсшибательном свободном длинноватом платьице и шапке Лизаветы Столетовой как приманка для бедного поэта, разыгрывая собственный очередной спектакль.

Платьице Лизавета дала сама, так как сообразила, что всё равно отберут, а рвать такую красоту было жаль. Взамен она получила от похитителей простыню, из которой соорудила для себя что-то вроде В КОТОРОЙ ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК ПАДАЕТ К НОГАМ НЕ ПРЕКРАСНОЙ ДАМЫ, А ЗЛОДЕЯ древнегреческого хитона. Пока пленница переодевалась, Обезьянов и Пруля по-джентльменски отвернулись к стенке (но, может, и подсматривали). Позже её обходительно связали, более обходительно дали подышать снотворным и оставили лежать на диване.

- Где она?!! – завопил поэт и попробовал подняться на ноги.

Но сзади на него навалился кто-то очень В КОТОРОЙ ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК ПАДАЕТ К НОГАМ НЕ ПРЕКРАСНОЙ ДАМЫ, А ЗЛОДЕЯ тяжёлый, да так, что нереально стало повернуть голову. А рядом с его лицом в свете фонаря в ступень упёрлось лезвие топора.

Семёну Семёновичу 2-ой раз за денек очень захотелось сыру.

- Успокойтесь, ваша Красивая Дама в безопасности. Пока в безопасности, - Владелец приятного голоса поднёс фонарь снизу к собственному подбородку и В КОТОРОЙ ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК ПАДАЕТ К НОГАМ НЕ ПРЕКРАСНОЙ ДАМЫ, А ЗЛОДЕЯ Семён Семёнович увидел нечто очень напоминающее физиономию кинозлодея Фантомаса. – И вы, как положено огромным романтикам, упадёте к её ногам, если отдадите мне вашу часть бумажки.

- Какой бумажки?! – прохрипел поэт.

– Сами понимаете, какой - из пудреницы княжны Таракановой. По другому вы не только лишь не упадёте к её ногам, да и В КОТОРОЙ ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК ПАДАЕТ К НОГАМ НЕ ПРЕКРАСНОЙ ДАМЫ, А ЗЛОДЕЯ вообщем её больше никогда не увидите… Вобщем, вы на данный момент терзаться начнёте: сдаваться либо не сдаваться, расставаться либо не расставаться со святыней - вон уже, как самовар, запыхтели… Позже всё равно отдадите, но так резвее будет. Давай, сотрудник!

Из-за спины Семёна Семёновича вынырнула здоровая рука, со познанием дела залезла В КОТОРОЙ ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК ПАДАЕТ К НОГАМ НЕ ПРЕКРАСНОЙ ДАМЫ, А ЗЛОДЕЯ поэту за пазуху и ловко вынула из нагрудного кармашка его пиджака прозрачный пластмассовый конвертик с куском папиросной бумаги.

- Ну, вот, государь поэт, - произнес наизловещий комедиант. – Теперь-то вы обязательно упадёте к ногам собственной любви как свалились к моим, ха-ха-ха!.. А мне осталось проверить одну свою гипотезу.

Придавленный к В КОТОРОЙ ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК ПАДАЕТ К НОГАМ НЕ ПРЕКРАСНОЙ ДАМЫ, А ЗЛОДЕЯ ступеням Семён Семёнович пыхтел и мучился от унижения и бессилия.

- Прощайте же, герой-любовник! – четырёхстопным ямбом продекламировала физиономия Фантомаса. - Авось, уж больше никогда не свидимся. Надоели вы мне. Чего не скажу о замечательной Лизавете Столетовой. Её я надеюсь ещё узреть, и не раз – напрасно что ли мне попался В КОТОРОЙ ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК ПАДАЕТ К НОГАМ НЕ ПРЕКРАСНОЙ ДАМЫ, А ЗЛОДЕЯ портрет прабабушки-княжны?.. А вам - магических сновидений! И собачке вашей – тоже!

Здесь герой-любовник выругался, как обычная работница кабинета, а позже вдруг еще спокойнее спросил: - А на спине-то у меня цирюльник-точильщик посиживает?.. И где Фафик?

- Сам угадай, кто на спине, - прогудел ему в ухо ещё один знакомый весёлый В КОТОРОЙ ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК ПАДАЕТ К НОГАМ НЕ ПРЕКРАСНОЙ ДАМЫ, А ЗЛОДЕЯ глас. – А собака твоя дрыхнет издавна.

Здесь фонарь погас, и здоровая рука зажала нос и рот Семёна Семёновича тряпкой с едким запахом.

«Опять сломал Господь игрушку!» - помыслил он.

Поэт незначительно помычал и поелозил грудью по ступенькам, но скоро успокоился и провалился из мглы в ещё большую мглу В КОТОРОЙ ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК ПАДАЕТ К НОГАМ НЕ ПРЕКРАСНОЙ ДАМЫ, А ЗЛОДЕЯ.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ,


v-koncepciya-progimnazii-1-programma-razvitiya-progimnazii-1-chetvyortij-etap-razrabotki-i-realizacii-nauchno-prakticheskogo.html
v-konechnom-schete-vi-dolzhni-sami-reshit-chego-stoit-vasha-zhizn.html
v-kongresse-prinimayut-uchastie-raboti-provedennie.html